Фарма не исключает дефицита препаратов и не понимает практической пользы маркировки

Самые острые вопросы российской фармы и перспективы ее развития участники рынка обсудили на первой в 2021 году крупной отраслевой конференции «Фармацевтический бизнес в России в 2021 году», организованной компанией «Информедиа».

Зачем нужна маркировка

В феврале текущего года закончился срок упрощенного режима в системе мониторинга движения лекарственных средств. По словам главы СПФО Лилии Титовой, отраслевые объединения полагали, что этот режим стоило бы продлить, но правительство решило по-другому. Производители и дистрибьюторы уверены, что повторение коллапса вряд ли будет. «Осенью действительно были проблемы, они усугубились пандемией. У нас блокировался товар на крупные суммы, необходимо было много усилий, чтобы решить проблемы. Теперь же могу сказать, что с 4 марта в течение недели никаких сбоев не было», – рассказал генеральный директор ЦВ «Протек» Дмитрий Погребинский.

Лилия Титова согласна, что пик неурядиц с системой маркировки пройден, однако о завершении процесса ее наладки говорить рано. «Члены нашей организации постоянно сталкиваются с тем или иным затруднением. Может быть, это небольшие сбои и проблемы, но их не становится меньше», – отметила она.

Генеральный директор «Биннофарм Групп» Рустем Муратов согласился, что затруднения с маркировкой производителей и дистрибьюторов волнуют меньше, больше рисков в фармрознице, где очень много точек. Но у него есть вопрос к практической пользе от маркировки. В группу входят пять производственных площадок с 50 линиями, на внедрение маркировки на них потрачено несколько сот миллионов рублей, сообщил он. «Нам обещали, что производитель сможет видеть передвижение лекарств, что нам все покажут. Но этого не произошло, – напомнил Муратов. – Почему мы должны увеличивать свои внутренние процессы на две недели при том, что нам очень важна скорость, если непонятно, ради чего мы это делаем?»

Что хуже маркировки

«Перерегистрация цен хуже маркировки», – заявил генеральный директор аптечной сети «36,6» Александр Кузин. Об этом ему в кулуарах конференции рассказали участники рынка. С этим не согласен замруководителя Федеральной антимонопольной службы Тимофей Нижегородцев. Он назвал действующую в России методику ценообразования на лекарства ЖНВЛП «сбалансированной самонастраивающейся системой». По его словам, цены на лекарства в России теперь соответствуют среднеевропейскому уровню, и они не минимальные в Европе.

«Мы пересмотрели 12 тыс. цен, снизили цены по более чем 8 тыс. позициям в среднем на 35%. Расчетный эффект для системы здравоохранения мы оцениваем как экономию бюджета примерно 35 млрд руб. в год», – поделился результатами перерегистрации представитель ФАС.

Он обратил внимание, что только 30 компаний не подтвердили, что будут выпускать препараты по новой цене в прежних объемах. После повторного запроса ФАС пять компаний передумали и решили все-таки выпускать столько же лекарств, сколько и раньше, остальные компании отметили, что прекращают выпуск препаратов не по причине низкой цены, а потому что выпустили на рынок более современные версии своих препаратов.

Но даже если и возникнет риск дефицита, то для его нивелирования, уверен Нижегородцев, теперь есть постановление правительства № 1771, которое позволяет повысить цены на исчезающие с рынка препараты. Заместитель генерального директора компании «Иммунотехнологии» Иван Глушков засомневался, сможет ли механизм, предложенный постановлением, предупредить дефицит, пока цены по постановлению № 1771 повышались именно из-за возникшей дефектуры.

Но представитель ФАС успокоил фармсообщество: в постановлении есть сложная формула, которая и должна показать, есть риск дефицита или нет.

Старший директор по взаимодействию с государственными органами и обеспечению доступа на рынки Teva в России Андрей Колесников предложил использовать индикативный метод для повышения цен, в частности, при резком изменении стоимости фармсубстанций. Нижегородцев указал, что условия поставки сырья могут измениться не у всех участников рынка. С ним не согласился президент компании «Активный компонент» Александр Семенов, он напомнил, что в 2020 году цена на некоторые субстанции выросла в несколько раз, поэтому соотнесение стоимости субстанции и препарата в определенных случаях было бы уместно.

Александр Кузин спросил у зала, кто согласен с Тимофеем Нижегородцевым в том, что перерегистрация цен никак не повлияет на уход некоторых лекарств с рынка. Руку в знак согласия никто не поднял.

Что будет с фармой

В целом участники рынка готовятся к непростому году. Лилия Титова заметила, что состояние рынка сильно зависит от благосостояния народа и того, сколько на лекарства будет тратить государство. Рустем Муратов уверен, что год будет не прост для ритейла, так как доходы населения не растут, что же касается госзакупок, то многое зависит от развития пандемии COVID-19. В целом он ожидает рост, но он уже не будет таким сильным, как в 2020 году.

Более отдаленное будущее – программа «Фарма 2030» – также обсуждалось на конференции. По словам директора ГИЛС и НП Владислава Шестакова, документ готов и уже скоро будет утвержден. Советник министра промышленности и торговли Алексей Алехин рассказал, что программа сосредоточится на обеспечении максимально возможной независимости российской фармпромышленности, на углублении стадий фармпроизводства на территории страны, чтобы контролировать себестоимость, чтобы добавленная стоимость оставалась на территории России, а также на развитие экспорта.

источник: pharmvestnik.ru